Так, например, максимальные показатели безработицы в посткризисном 2010 году не превысили 3,7%. А в мае текущего года она подскочила до 4,3% — это наивысшее значение за последние 11 лет.
Проблема в том, что нефтяные доходы — ключевой фактор экономического роста Норвегии. Именно нефтяное богатство держало страну на плаву во время финансового кризиса. И поскольку нефтегазовая отрасль является доминирующей в норвежской экономике, другие сектора промышленности никогда не были настолько сильны, чтобы вытащить страну из ямы, в которую она сползает.
С падением цен на нефть сокращаются и инвестиции в эту отрасль. Сейчас уровень таких вложений стал самым низким с 2000 года. Причем,государственная корпорация Statoil начала урезать расходы едва ли не за полгода до обрушения нефтяного рынка.
В результате Норвегии, возможно, придется вскрыть свою общенациональную копилку — Фонд будущих поколений. Если правительство начнет тратить те 875 млрд долларов, которые там накоплены, это станет историческим шагом. Однако у страны просто нет другого выхода, так как расходы государства вот-вот начнут опережать доходы от нефтяного экспорта, которые, собственно, и наполняли этот фонд.
Между тем использование средств Фонда будущих поколений не предполагалось, по крайней мере, в ближайшие два-три десятилетия. И разумеется, ни один министр финансов не захочет остаться в истории как тот, кто запустил руку в неприкосновенный запас Норвегии. Поэтому, скорее всего, страну ждут ожесточенные дебаты на эту тему, которые, возможно, даже приведут к изменению законодательства.
Тэкно блог