Правда, в отличие от того, что я видел в других странах, полицейские были настроены довольно добродушно: на них не было ни доспехов, ни касок, ни оружия. Больше они напоминали дорожных рабочих в комбинезонах и бейсболках, да и жилеты у них были точно такие же, только не оранжевые, а голубые. Надписи на жилетах на двух языках – английском и валлийском, которого никто из полицейских не понимал, их привезли из других городов и наспех переодели в местную форму..
Я приехал в Ньюпорт из Лондона 30 августа вместе с представителями коалиции «Остановим войну!». Руководители движения просили меня рассказать о войне на Украине и кризисе в отношениях между Россией и Западом. Об этом приходилось говорить и на публичном собрании в Лондоне, и на митинге в Ньюпорте, и на «контрсаммите» в Кардиффе.
Действительно, в Европе мало кто сознает, что на востоке Украины идет полномасштабная война.
На протяжении последних двух месяцев, регулярно просматривая американские, английские, испанские и французские газеты, я не обнаружил в них не только сообщений об обстрелах Донецка и Луганска, но и вообще сколько-нибудь внятных публикаций о ходе военных действий.
Несколько раз, с подачи американских «аналитиков», появлялись статьи о блестящих успехах украинской армии, которая «вот-вот покончит с сепаратистами». Назывались сроки от нескольких дней до двух-трех недель, после чего предсказания вдруг исчезали с газетных полос.
Раз или два французская «Монд» сообщала о сбитых на востоке Украины военных самолетах, явно давая понять читателю: если уж повстанцы сбивают истребители, значит, точно они уничтожили малазийский «Боинг». Кто же еще!
Про дипломатический конфликт Москвы и Киева писали очень много, подробно повторяя все обвинения, выдвигаемые украинскими властями в адрес России. Но ни словом не упоминая ни бомбардировки Донецка, ни отсутствие воды и электричества в осажденном городе, ни сражения с применением авиации, танков и артиллерии, ни потери сторон… И уж про неудачи украинской правительственной армии не говорилось ни слова. Карта, однажды показанная по французскому телевидению, демонстрировала маленькое пятнышко в районе Донецка и тонкую полоску между Луганском и российской границей: зритель должен был верить, что это и есть вся территория, удерживаемая «сепаратистами». Иными словами, речь идет не о масштабных боевых действиях, а о полицейской операции против нескольких банд, прячущихся где-то по подвалам.
Предлагать зрителям и читателям подобную картину событий – или, вернее, скрывать происходящие события - можно благодаря тому, что среднестатистический европеец знает про Украину значительно меньше, чем, например, про Верхнюю Вольту. Названия «Луганск» и «Донецк» большинство людей впервые услышали в связи с нынешним кризисом, но вряд ли запомнили. Украина для западного обывателя - это такая черная дыра на востоке Европы, где-то между Россией и Боснией, откуда иногда приезжают посудомойки и уборщицы.
За последние месяцы информированность европейского населения на предмет украинской политики не сильно выросла. В то время как пресса сообщает буквально про каждую израильскую бомбу, сброшенную на сектор Газа, и очень детально освещает ход конфликта в Ираке и Сирии, не забывая периодически уделять внимание Южному Судану и Ливии, происходящее на Украине трактуется только в плане межгосударственных отношений. Что думают люди в Донецке, Луганске или Одессе, что с ними происходит, из-за чего разворачивается конфликт - все это остается для европейцев загадкой.
Впрочем, в сложившейся ситуации виновата не только западная пресса. Достаточно сравнить отношение к событиям в Палестине и на Украине, чтобы понять: если вы хотите, чтобы на вас обращали внимание, надо над этим работать.
Палестинские активисты в Европе за последние 20 лет вместе с левыми организациями создали целую индустрию солидарности, обеспечивающую постоянный поток сообщений, организацию дискуссий, привлечение внимания к происходящим событиям. Напротив, Украина все это время находилась в информационном вакууме. В отличие от палестинцев, живущие на Западе выходцы из России или Восточной Украины, несмотря на свою многочисленность, никакого влияния на европейское общественное мнение не оказывают. Наши бывшие соотечественники аполитичны, мало склонны посвящать окружающих в проблемы своей страны. И, хуже того, если они уж включаются в политику, то исключительно для того, чтобы поддержать какие-либо правоконсервативные и антикоммунистические организации, которые сегодня как раз и призывают к новому крестовому походу против России и расправе с «сепаратистами» на Юго-Востоке Украины.
Среди тысяч людей, приехавших с разных концов Европы, чтобы участвовать в демонстрации против НАТО, мне удалось обнаружить лишь одного русскоязычного молодого человека, оказавшегося гражданином Латвии. Активисты левых организаций, не знающие ни слова по-русски, проявляют по поводу происходящего гораздо больше готовности говорить и действовать, чем множество «наших» людей в Европе. Несмотря на то, что разворачивающаяся кровавая драма непосредственно касается не только их Родины - как бы они ее сегодня ни называли - но, зачастую, их знакомых, родственников, земляков и коллег...
Дело усугубляется тем, что за прошедшие 20 лет, в связи с окончанием «холодной войны», закрыто чуть ли не большинство кафедр славистики в западных университетах. Так что число людей, способных хотя бы прочитать текст по-русски или понять, что у нас тут происходит, сократилось в разы по сравнению с прошлыми десятилетиями. На таком фоне неудивительно, что заявления руководства НАТО о возможной отправке войск на Украину для борьбы с «русской агрессией» вызывают в основном недоумение: о чем речь, где это, что за географические открытия?
К счастью, репутация, которую Североатлантический альянс завоевал себе в других частях света, вполне однозначно дает основание предполагать: ничего хорошего из этого не выйдет, добром это не кончится.
Так что протестующие в Ньюпорте все чаще вспоминали Украину в одном ряду с Палестиной, Ираком и Балканами. Собственно, с этого солидарность и начинается.
За несколько дней, которые я провел вместе с активистами антивоенного движения в Лондоне, Ньюпорте и Кардиффе, мне пришлось говорить с десятками людей. И совершенно очевидно, что сопротивление политике западных лидеров будет нарастать.
Англичане, отметившие в нынешнем году очередную годовщину высадки в Нормандии, прекрасно помнят три правила британского фельдмаршала Бернарда Монтгомери: «1. Никогда не начинать поход на Москву. 2. Никогда не ввязываться в наземную войну в Азии. 3. Никогда не начинать поход на Москву».
Борис Кагарлицкий - директор Института глобализации и социальных движений