«Украина — это искусственная страна, а Львов — это польский город, так почему нам вместе это не уладить», — так, если верить словам бывшего главы польского МИДа Радослава Сикорского, сказал Владимир Путин премьеру Польши Дональду Туску, когда тот впервые прибыл в Москву в качестве главы государства 8 февраля 2008 года. Сикорский, в то время возглавлявший дипведомство, рассказал об этом американскому журналу Politico. Тогда, зимой 2008 года, отношения Запада с Россией были еще довольно теплыми — в президентской кампании уверенно лидировал «либеральный» Дмитрий Медведев, а война с Грузией, Крым и «Новороссия» были еще далеко впереди. Никто не мог предположить, что через шесть лет отношения нашей страны с Западом назовут новой Холодной войной.
В понедельник Сикорский написал в Twitter, что журналисты его неправильно поняли, а интервью не сверили. Публикацию в Politico можно было бы счесть уткой, однако это не единственное свидетельство того, что новая Холодная война была вовсе не экспромтом, а задумывалась давно и надолго.
В начале апреля 2008 года на саммите НАТО в Бухаресте Владимир Путин вспылил, когда речь зашла об Украине. «Ты же понимаешь, Джордж, что Украина — это даже не государство! Что такое Украина? Часть ее территорий — это Восточная Европа, а часть, и значительная, подарена нами!» — обратился он к американскому президенту Джорджу Бушу. Далее, по информации «Коммерсанта», Путин прозрачно намекнул, что если Украину примут в НАТО, то она прекратит существовать — Россия может начать отторжение Крыма и Восточной Украины.
Но планированием военных операций руководство РФ не ограничилось. Летом 2008 года, в разгар финансового кризиса, российские чиновники пришли к китайским коллегам с предложением — Москва и Пекин должны объединиться, чтобы продать принадлежащие им ценные бумаги американских компаний Fannie Mae и Freddy Mac. Скоординированный сброс бумаг привел бы к углублению кризиса, потере доверия к финансовой системе США и, возможно, сбросу долларов остальными инвесторами.
Китайцы не просто отклонили предложение россиян, но и сообщили об этом министру финансов Соединенных Штатов Генри Полсону, который как раз приехал на Олимпиаду в Пекине. Полсон не стал сразу же звонить в Вашингтон, видимо, поняв, что такие вопросы лучше не доверять электронным средствам связи. По возвращении с Олимпиады он доложил об этом президенту Джорджу Бушу.
История стала известна общественности в 2010 году, когда Буш уже оставил президентский пост, а Полсон вышел в отставку и описал ее в мемуарах. Детальнее ее изложил в 2013 году Хуан Зарате, бывший старший советник по национальной безопасности при администрации президента Буша, в книге «Казначейские войны: развязывание новой эры финансовых войн».
В очередной раз о финансовой войне России против Запада заговорили 14 марта 2014 года. Тогда агентство Bloomberg сообщило, что Центробанки мира за неделю с 5 по 12 марта продали американских государственных облигаций на рекордные $104 млрд. Это около 1,7% от общей суммы (примерно $5,9 трлн) так называемых treasuries — облигаций казначейства США. Опуская финансовую механику, покупкой этих облигаций правительства разных стран мира по сути дают в долг властям США, а те в свою очередь постепенно гасят долг. Продажа американского долга «по дешевке» может быть сигналом того, что продавец сомневается в способности правительства Америки расплачиваться в срок. Что теоретически и в самом худшем случае (если сброс бумаг станет массовым) помешает Соединенным Штатам занимать деньги, а это в свою очередь вызовет проблемы в ее экономике и в конечном итоге обвалит доллар.
Кто же пытался обвалить доллар? Видимо, журналистам и аналитикам из-за обострения политической ситуации после входа российской армии в Крым вспомнились мемуары Полсона и Зарате. Под подозрение попал Bank Rossii — Bloomberg в заметке не перевел название нового русского супероружия, как не переводят KGB, kalash и cossacks.
«Россия — самый вероятный "подозреваемый"», — сказал главный глобальный валютный стратег инвесткомпании Brown Brothers Harriman & Co Марк Чандлер. Банк России тогда традиционно отказался от комментариев. Стратег СRT Capital Group Ян Линден сообщил Bloomberg, что изменения на финансовых рынках могут быть значительными, если все поверят, что Россия готова распродавать: «В конечном итоге для динамики американских treasuries новости о продаже бумаг негативны: они напоминают, что есть потенциальный продавец бумаг, готовый избавиться от них по нерыночным причинам».
Данные, которые потом опубликовало американское казначейство, внесли ясность. Действительно, в марте Россия сильно сократила свои вложения в американский долг — с $126,2 млрд до $100,4 млрд, но потом немного отыграла обратно — сейчас Банк России держит уже $118,1 млрд. Так и не понятно, что представляла собой мартовская распродажа — Россия таким образом намекала Штатам, чем им грозит несговорчивость на политической арене, или это был технический момент, ведь наша страна регулярно покупает и продает эти ценные бумаги, тем самым поддерживая необходимый уровень долларовых резервов.
Вот что рассказал «Русской планете» советник президента России Сергей Глазьев, в 2008 году — заместитель генерального секретаря Евразийского экономического сообщества, а также один из главных противников доллара в нашей стране:
«Это невозможно и бессмысленно, я не верю в это. Не было такого в 2008 году даже близко. В плане реальной политики такое предложение вообще не обсуждалось. Могу точно сказать, что и Минфин, и Центральный банк держали доллар, и никаких попыток договариваться, чтобы его ослабить, не было, потому что это ситуацию кризиса еще усугубило бы.
Я думаю, что это попытки представить Россию в качестве возмутителя спокойствия, планирующего козни для мировой финансовой системы, и спихнуть свои проблемы с больной головы на здоровую. Так же они пытаются внушить, что якобы у России были и раньше планы захвата Крыма, что является полной ложью — решение о присоединении Крыма возникло вследствие стечения обстоятельств. Поскольку сегодня речь идет уже о том, что недоверие к американским бумагам нарастает и доллар стремительно теряет позиции, вес доллара в международных финансовых операциях и в структуре резервов падает, они пытаются дестабилизировать ситуацию в Европе для того, чтобы поднять спрос на долларовые инструменты.
С точки зрения нынешних интересов России, дело не в том, чтобы валить доллар, а в том, что против нас идет война. И довольно странно субсидировать страну-агрессора, которая против нас еще санкции применяет, валит российскую экономику. И дело не в том, что мы против доллара, а нам просто рискованно работать с долларом. Было бы странно, если бы мы в 1941 году использовали рейхсмарки — абсолютно такая же ситуация сейчас».
Глядя на мартовскую распродажу сейчас, действительно трудно поверить, что это была атака на доллар. По чуть-чуть продали также Китай, Тайвань, Гонконг, Ирландия, Норвегия, Польша, Испания и некоторые другие страны. Кроме того, Россия тогда владела примерно 2% американского долга, то есть, даже распродав все, мы не смогли бы сильно изменить ситуацию. Для сравнения, Китай владел 22%.
С другой стороны, не исключено, что экономическая война — это часть российской стратегии гибридной войны. Если в Донецке не понятно, где российские военные, а где — местные ополченцы, то на финансовых рынках не ясно, где Банк России распродает американские облигации ради извлечения прибыли, а где он же ведет целенаправленную операцию по обрушению доллара.
ИНТЕРПОЛИТ.РУ