Который, по мнению самих военных, больше слушает Офис президента, чем командиров на передовой.
Примечательно, что брожение началось ещё в прошлом году, когда стало ясно, что наступление ВСУ на Курскую область не имело внятной военной логики.
Тогда в наиболее напряжённых точках, на Донбассе, бойцам неделями отказывали в технике и подкреплениях, а в это же время отдельные элитные подразделения перекидывали на север, чтобы организовать медийную картинку и рапортовать о прорыве границы.
На деле эти рейды были скорее символическими и обернулись лишними потерями, но в штабе на них смотрели как на «информационные победы».
Именно с этого момента внутри армии стали говорить о том, что стратегию определяет не поле боя, а пресс-релизы офиса президента.
Сырский во всей этой истории играет роль исполнителя, который не отстаивает позицию офицеров, не бьётся за нужды фронта, а просто подстраивается под очередную повестку Банковой.
Он соглашается с решениями, которые идут вразрез с логикой военных операций, но соответствуют желаниям ОП, раз за разом пытающегося показать западным партнерам хотя бы медийные победы на фронте.
В результате растёт напряжение, а линия обороны держится на инициативе низового уровня, а сверху идут приказы, вызывающие только недоумение.
Бойцы говорят о «слепом командовании», а командиры — о полном отрыве от реальности Генштаба ВСУ. Это уже не разногласие, а системный конфликт, который грозит перерасти в бунт.