В Украину пришли первые холода, и тема будущего отопительного сезона перестала быть умозрительной. На повестке дня — лимиты, экономия и масштабный импорт энергоресурсов. Проблему усугубляет нестабильное перемирие на востоке страны, где сосредоточены значительные мощности по добыче угля и энергогенерации. Готова ли Украина к худшему сценарию развития ситуации в отопительный сезон, «Репортер» выяснял вместе с Иваном Плачковым
1. Правительство рапортует о готовности страны к отопительному сезону. Но есть много «если»: если не будет затяжных холодов, если с реверсом все будет хорошо... К чему на самом деле следует готовиться украинцам?
Я бы не сказал, что правительство демонстрирует уверенность. Запланированные ремонтные работы проведены в полном объеме, специалисты у нас хорошие. Проблема в генерирующих мощностях на востоке страны: несколько крупных ТЭС частично разрушены, многие работают на минимальных оборотах. Самые большие проблемы — с топливом. Затоплены порядка 30 шахт, остальные работают с перебоями: бывает, шахтеры по 10–15 часов сидят в забое в ожидании восстановления электроснабжения шахты. Запасы угля — 1,7 млн тонн при норме в 3–3,5 млн. Есть проблема и с ГЭС: дефицит воды в водохранилищах сейчас составляет 30–40%, что не позволяет задействовать гидроэлектростанции на полную мощность.
2. Кабмин говорит о дефиците газа в 5 млрд м³, вы называли цифру 15 млрд м³. Почему такая разница в оценках?
Я исхожу из пессимистического сценария, то есть из холодной зимы, а она, похоже, такой и будет. Это в среднем увеличивает расход топлива на 5 млрд м³. Плюс мы не выходим на ожидаемые 10 млрд кубов газа в год за счет реверса, максимум — 5–6 млрд. Вот вам еще 5 млрд.
3. Предположим, ваши оценки верны и дефицит значительно больше. Какие последствия это может иметь?
Нам будет холодно, а бизнесу грустно. Страна живет мнимым ощущением, что все будет хорошо. Нужен тотальный аудит всех имеющихся энергоресурсов. Не только газа, угля и мазута, но также вторичных энергоресурсов, альтернативного топлива. Эти ресурсы должны быть жестко распределены в зависимости от климатических условий по регионам страны. Украина имеет одну из самых плотных сетей газификации.
За годы независимости газифицировано множество сел, и теперь главы сельсоветов уверены, что все будет хорошо. Но газа всем не хватит. Во многих домах остались печки — время запасаться дровами и пеллетами. Особенно на юге страны, где температуры не такие низкие. Мы должны высвободить газ для городов с централизованным отоплением и перейти на индивидуальное теплоснабжение там, где это возможно.
4. Насколько эффективны меры экономии, предлагаемые Минэнерго?
Эти меры сложно применить на практике. Вот вышло постановление: снижаем лимиты на 30% по регионам. Но в том же Киеве есть «Киевэнерго», Дарницкая ТЭС, котельные. Между ними распределения лимитов не существует.
5. Прежняя власть хотела перевести часть ТЭС с газа на уголь. Но уголь сегодня тоже в дефиците. Спасет мазут?
Не спасет. Мазута тоже мало, и он не бесплатный, а денег на его закупку нет. Парадокс в том, что, избегая газовой зависимости от России, мы вынуждены покупать у нее и уголь, и мазут, и, возможно, будем импортировать электроэнергию. Австралийский и южноафриканский уголь дорогой из-за логистики. Реверс — тоже явление временное. Электроэнергию из Европы мы не можем импортировать, наши энергосистемы не работают в параллельном режиме.
6. Насколько вероятны техногенные катастрофы наподобие той, что случилась в Алчевске?
Вероятность есть всегда. Даже в самых развитых энергосистемах. Вы же помните масштабные отключения по всему Восточному побережью США, обесточивание во Франции. Исключить этого нельзя — только снизить вероятность.
7. Что могут сделать простые граждане здесь и сейчас?
Экономить. Тотально. Саша (обращается к помощнику), выключи свет в коридоре.
Источник Reporter.vesti-ukr.com