Принадлежал он Мексике, где было не всё в порядке из-за долгого протектората Испании.
После освобождения и внутреннего переустройства, мексиканцы огляделись, а у них на обширной территории проживает уже достаточное количество чужаков, понаехавших сюда из-за дешевизны земли.
Отношения складывались не очень, прежде всего по религиозным соображениям – пришлые были протестантами, а в Мексике официально провозглашалось католичество. Но это-то ещё - бог с ними, самое "ужасное" было в другом.
Молодая, но бодрая Мексиканская республика покусилась на святое, взяла и отменила у себя рабство. В Техасе, густо заселённом гражданами США, новым правилам воспротивились, создали силы «сопротивления» и потребовали «отделения».
Лет десять статус мятежной провинции был неопределённым, пока она не проголосовала за вхождение в лоно соседей. Мексиканцев такой оборот не устраивал, и американцы объявили им в 1846 году войну.
А потом был мир, согласно которому Мексика потеряла половину (!) своих прежних владений. Другими словами США приросли Техасом, Калифорнией, Нью-Мексико, Невадой, Аризоной, Колорадо - всего «приплюсовали» 1,3 миллиона квадратных километров.
Большинство американцев приобретениям очень обрадовались, в тот период наблюдался неслыханный разгул патриотизма.
И лишь значительно позже генерал Грант (его портрет изображён на 50-долларовой купюре) расценит «грабёж» Мексики, как пролог Гражданской междоусобицы в США: «Южное восстание в значительной степени было прорастанием мексиканской войны. Нации, как и люди, наказываются за свои грехи. Мы получили своё наказание…»