Ту беспрецедентную смелость, с которой Россия ныне действует на международной арене, кое-кто на Западе воспринимает в духе привычной для самих западников «хуцпы». То есть — сверхнаглого блефа, или неоправданной бравады, за которой на самом деле ничего серьезного не стоит.
Но так ли это на самом деле? Не факт! Во-первых, сам Путин – кто угодно, но только не безответственный аферист, готовый очертя голову ринуться в любую авантюру, поставив на кон судьбу своей страны. Все его действия, как правило, хорошо продуманы и просчитаны на много ходов вперед. В том числе и те, которые он вынужденно предпринимал в навязанных ему ситуациях, типа той же украинской. Тем более не приходится говорить о мимолетных, плохо продуманных импровизациях в данный момент, когда Россия чувствует себе достаточно уверенно и ведет свою партию без угрозы цейтнота и, уж конечно — цугцванга.
То есть, действуя крайне жестко и наступательно на глобальном фронте, Путин и его соратники наверняка всё как следует рассчитали и предвидели. Но что именно? Вопрос трудный только на первый взгляд. Очевидно, что российское руководство оценило, прежде всего, реальные силы и возможности своего главного оппонента — Запада, а говоря точнее – США, без которых весь остальной Запад – ноль без палочки. И, судя по всему, пришло к выводу, который полностью укладывается в известную поговорку – «Не так страшен черт, как его малюют». В роли этого черта выступают, разумеется, вооруженные силы США.
Распиаренная до небес американская армия — официальное олицетворение непобедимости американской сверхдержавы и неодолимости ее мирового господства, при более внимательном рассмотрении оказывается весьма специфической «силой», такой себе «вещью в себе», малопригодной для решения задач успешного противостояния в рамках «первого мира», где конкурируют крупнейшие ракетно-ядерные державы планеты.
Возьмем основу основ неядерной военной мощи США – их военно-морской флот. Именно этому стратегическому формированию и поручено, собственно, выполнять львиную долю задач по «проецированию» американской силы на весь остальной мир. Ни сухопутная армия, ни даже ВВС, а именно флот, в тандеме с морской пехотой, являются главным средоточием военной мощи Америки, предназначенным для ведения всех войн, кроме, разве что — самой последней и фатальной.
И этот инструмент прекрасно работал, пока Америка занималась сначала «борьбой с коммунизмом» и потом перевариванием советского наследия в странах третьего мира. Классическая схема такой войны заключалась в том, чтобы подогнать авианосец к берегам какой-нибудь Кореи, Вьетнама или Ирака, разбомбить его в пух и прах или, на худой конец заблокировать так, чтобы дух вон. Потом на берег высаживалась морская пехота и зачищала всё, что там еще шевелилось.
Все это время Россия, что называется – «лежала в кустах» и американцы даже почти забыли о существовании этой державы, как о чем-то значащем в мировом стратегическом уравнении. Соответственно, никто и не думал о необходимости оптимизировать свои обычные вооруженные силы для возможного противостояния с ней. Считалось, что ядерного оружия как страховки на самый крайний случай вполне достаточно, а остальное – просто напрасная трата денег.
Вот так Америка и дожила ровно до того дня, когда Россия не просто вновь заявила о себе, но так рявкнула, что услышал и вздрогнул весь мир. И тут американцы спохватились и почувствовали себя очень дискомфортно — как голый на дипломатическом приёме. Ну да – у них по-прежнему самый могучий, хотя и изрядно похудевший военно-морской флот во главе с авианосными монстрами. И с накачанной стероидами морской пехотой на десантных вертолетоносцах. Ну — и куда прикажете все это добро девать в случае в Россией?
Не надо быть даже крупным «милитэри» — экспертом, чтобы понимать, что все это военно-полицейское хозяйство, идеально подходящее для расправы с какой-нибудь Ливией, является очень тупым оружием против мощной военной державы, к тому же сухопутной, у которой нет задачи доказывать свое суперменство в дальних морях-океанах. И это не говоря уже о том, что ощетинившаяся «Калибрами» и Су-34, Россия в случае необходимости способна наглухо запереть свои внутренние моря и лишить американский флот даже призрачных надежд на победоносное участие в евразийской военной кампании.
Если же вывести за скобки эту «красу и гордость» Америки, то в ее распоряжении остается не так уж и много для предъявления России достаточно убедительных силовых аргументов. Что касается того же флота, то есть еще «Томагавки», родом из прошлого века, боевая эффективность которых была, мягко говоря, не вполне доказана даже в Ливии и в Ираке. В конце концов – в неядерном снаряжении это те же самые бомбы, которые сами по себе еще никогда победы в войне не приносили.
Все остальное, типа сухопутной армии с ее боевой техникой времен едва ли не вьетнамской войны, или ВВС со вполне музейными бомбардировщиками, годятся, разве что, для запугивания каких-нибудь папуасов. И самое печальное для США, что они находятся в полной растерянности, ввиду внезапно изменившейся картины мира и просто не знают, что им со всем этим делать. Реально выходит так, что Америка оказалась перед необходимостью фундаментальной перестройки своей военной машины в самый неподходящий для нее исторический момент. И вряд ли уже сумеет адекватно и полноценно ответить на этот небывалый вызов. Не те нынче времена!
Это, на самом деле, даже представить себе практически невозможно. Америка, где десятками лет всё налаживалось и затачивалось под определенный, строго выверенный и десятки раз апробированный имперский алгоритм, вдруг осознала, что весь этот гигантский потенциал, в создание которого были вбуханы немереные миллиарды и даже триллионы долларов, по большей своей части ни к черту не годится и представляет собой арсенал прошлой, а кое в чём даже позапрошлой войны. В результате, у США сегодня нет НИ ОДНОГО достаточно убедительного военно-стратегического аргумента для вооруженного противостояния с Россией.
Для небезнадежной военной борьбы с этой страной, особенно с учетом прогрессирующей немощи союзников (даже вернейшая Канада послала США куда подальше с их «архисверхпродвинутыми», но мало на что годными Ф-35), американцам придется переделывать буквально всё. Причем стартовать с позиций, местами значительно более слабых, чем у той же России. По сути Россия навязывает США свою стратегическую игру, в ряде аспектов которой американцы – откровенные слабаки.
Американский бронетанковый парк мало того, что утратил большую часть своей промышленно-технологической базы, безнадежно устарел сразу же после рождения принципиально нового слова в мировом танкостроении – российской «Арматы». Хваленые американские «Томагавки» как не крути – детище технологии 70-х годов прошлого века. Сухопутные войска США настолько беспомощны, что у них нет ничего даже близко похожего на российскую систему войсковой ПВО/ПРО.
Совсем недавно выяснилось, что фактически единственная развернутая в «товарных» количествах американская система войсковой ПВО «Пэтриот» практически не ловит даже древние советские ракеты. Всего сорок процентов ракет типа «Скад», разработки 50-х гг. прошлого века, запущенных йеменскими войсками, были перехвачены саудовскими «Пэтриотами» над Аравией. Про надежный перехват высокоманевренных боеголовок «Искандеров» и других передовых российских ракетных комплексов и говорить не приходится. Американская армия, по признанию её же собственных генералов, очень удивлена российскими достижениями в области радиоэлектронной борьбы, которым она мало что может противопоставить. А ведь они знают далеко не всё! И даже новейшие американские разработки, типа тех же ударных палубных беспилотников и тому прочего не должны вводить в заблуждение. Потому что, по большому счету, это оружие, оптимизированное для ведения тех же колониальных войн. Даже Иран научился неплохо справляться с их приземлением на собственные аэродромы.
Америка, конечно же, может продолжать по инерции клепать сверхгигантские авианосцы, которые никогда до России не доплывут, или накачивать мускулатуру морской пехоты, которой, в свою очередь, без эффективной поддержки авианосцев — никакие стероиды не помогут. Или же США действительно придется «остановиться и оглянуться». И зафиксировать отнюдь не прекрасное мгновенье своей военно-стратегической немощи, которая и дает Владимиру Путину полное право разговаривать с Вашингтоном с позиции силы — в полном осознании новоявленной мощи России и прогрессирующей военной недееспособности США, которые все эти годы, как сейчас выясняется, двигались не туда и готовились не к той войне.
Юрий Селиванов