По мнению правозащитников, под эту очень расплывчатую норму подходит и нападение заключенных на сотрудников ФСИН, и курение в неположенном месте. В соцсетях этот законопроект получил неофициальное название «закон садистов».
В совещании рабочей группы в понедельник участвовали правозащитники, представители ФСИН, МВД и Минюста. Изначально проект разрабатывался с участием правозащитников, но потом правительство внесло в Госдуму вариант, в котором их предложения не были учтены. Несколько одиозных мест удалось исправить: исчезла санкция на применение силы за нарушение правил распорядка, более строго регламентировано применение спецсредств, рассказал директор Института прав человека Валентин Гефтер.
Спор разгорелся вокруг поправки правозащитников о необходимости сообщать о применении силы в Следственный комитет: против этого выступили правительство и Государственно-правовое управление президента. «Пока нам не удалось продавить идею о том, чтобы сразу сообщать о таких случаях в общественные наблюдательные комиссии или СПЧ для того, чтобы правозащитники оперативно получали материалы дел и могли контролировать их», – объясняет Гефтер. Компромиссный вариант, предложенный зампредом комитета по безопасности Александром Хинштейном, – сообщать в Следственный комитет только при наличии признаков преступления.
«В прокуратуру в любом случае отправляется материал, но по итогам проведенной ФСИН проверки; если установлены признаки состава преступления, то материал также направляется в Следственный комитет», – объяснил депутат. Удалось согласовать в поправках понятие незаконного приказа, который заключенные не должны выполнять, и четко указать, что спецсредства могут применяться сотрудниками ФСИН, только когда все ненасильственные методы исчерпаны, добавляет Гефтер.
Применение спецсредств будет разрешено только за конкретное правонарушение, а не за любое, как было в варианте для первого чтения, указывает правозащитник. «Мы устанавливаем три градации: объяснение, применение силы, а потом уже применение спецсредств», – говорит Хинштейн. «Пока общими усилиями законопроект удается привести к тому варианту, который и защищает наших заключенных, и устраивает сотрудников ФСИН», – говорит член СПЧ Мария Каннабих.