Вместе с тем министр внутренних дел Ирана Абдолреза Рахмани Фазли признал, что в протестах принимали участие около 42 тысяч человек. Власти не отрицают, что внутренние причины для роста недовольства населения существуют. Люди недовольны растущими ценами, сохраняющимся высоким уровнем безработицы. Однако иранское руководство прямо указывает: решающим фактором дестабилизации обстановки в стране стало влияние внешних сил. В числе стран, причастных к организации беспорядков, называют США, Израиль и Саудовскую Аравию.
4 января Генеральный прокурор Ирана Мохаммад Монтазери заявил о стремлении США осуществить в Исламской Республике «ливийский сценарий». Для его реализации был создан оперативный штаб с участием спецслужб США, Израиля и Саудовской Аравии во главе с Майклом Д'Андреа, возглавляющим в ЦРУ иранское направление.
Монтазери добавил, что план предусматривал два этапа: сначала провоцирование недовольства иранцев через социальные сети, затем выход недовольных на улицы городов с организацией актов насилия и столкновений с силами безопасности. Американский проект предполагал привлечь к антигосударственным выступлениям признанную в Иране террористической «Организацию моджахедов иранского народа» (ОМИН). Генпрокурор ИРИ указал также на планы ЦРУ использовать для дестабилизации обстановки в стране террористов «Исламского государства» (организация запрещена в России) из лагерей в приграничных с Ираном районах Ирака и Афганистана.
На этом фоне призывы президента США к свержению «коррумпированного правительства» в Иране прозвучали откровенно провокационными, как и недавнее решение Трампа по признанию столицей Израиля Иерусалима. «В соответствующее время вы увидите большую поддержку со стороны Соединённых Штатов!» – пообещал Трамп иранцам.
В Вашингтоне считают иранский режим уязвимым. Расчёт строится на ухудшение экономических условий жизни иранцев, а ссылки на несоблюдение прав человека в ИРИ используются как прикрытие. Американский постпред при ООН Никки Хейли настаивает на рассмотрении событий в Иране на срочном заседании в Совете ООН по правам человека в Женеве. Вечером 5 января состоится обсуждение ситуации в Иране на открытом заседании Совета Безопасности ООН.
О позиции США можно судить по словам представителя Госдепа Хизер Нойерт, которая утверждает, что у США «есть достаточные полномочия для привлечения к ответственности тех, кто совершает насилие в отношении протестующих, способствует цензуре или ворует у народа Ирана». Заявление нелепое. О каких «достаточных полномочиях» США может в данном случае идти речь? По этому поводу заместитель министра иностранных дел РФ Сергей Рябков заявил: Совет Безопасности ООН занимается вопросами, связанными с поддержанием международного мира и безопасности, а внутренние дела Ирана к Совбезу «не имеют ни малейшего отношения».
Однако протест иранцев питает не только внешнее вмешательство. Несмотря на прекращение в 2016 году санкций против Ирана, экономика страны остаётся нестабильной. На улицы иранских городов вышла безработная молодежь. Справедливость экономических претензий демонстрантов не стал отрицать и президент ИРИ Хасан Роухани, выступивший с трибуны иранского парламента.
Реакция иранского руководства на выступления протестующих была в целом сдержанной, Корпус стражей исламской революции (КСИР) был приведён в боевую готовность, но в столкновения с демонстрантами не вступал. CNN сообщила о гибели 21 человека и аресте 450 демонстрантов; данные взяты из официальных сообщений иранских властей, не скрывающих информацию о происходящем. Правительство Ирана признало право граждан на выражение протестов, но потребовало действовать в рамках 27-й статьи Конституции ИРИ: «Публичные собрания и марши допускаются до тех пор, пока участники не несут оружия и не нарушают основополагающих принципов ислама».
Иран избавляется от последствий многолетних санкций США и Евросоюза, но это не быстрый процесс. Международный валютный фонд прогнозирует, что ежегодный рост экономики Ирана до марта 2018 года увеличится до 4,2%, а годовая инфляция снизится до 10% с 34%, хотя избежать роста цен не удаётся. Уровень безработицы в стране остаётся достаточно высоким. В 2014 году он составлял 14%, сегодня – 12,38 %. Для Ирана, где более 70% 80-миллионного населения находятся в трудоспособном возрасте, это серьёзная проблема.
Безработица особенно высока среди молодёжи до 29 лет – 24% этих молодых людей не имеют работы. К тому же исламский режим в какой-то мере оказался жертвой собственной политики достижения научно-образовательного лидерства на Ближнем Востоке. По сравнению со многими другими странами в Иране очень образованное общество. Согласно статистике ЮНЕСКО, опубликованной Всемирным банком, Иран в 2014 году потратил на образование 2,95% ВВП, что составляет 19,7% всех государственных расходов. В итоге конкуренция за рабочие места среди иранской молодёжи выросла: чтобы не допустить повышения безработицы, в Иране необходимо создавать ежегодно один миллион новых рабочих мест.
Правительство Роухани стремится улучшить экономическое положение. Одним из главных достижений правительства стало подписание в 2015 году ядерного соглашения, обеспечившего выход из режима санкций. Произошло резкое увеличение экспорта, улучшение торгового баланса, сокращение инфляции, но Роухани вынужден принимать и непопулярные меры. В бюджете предусмотрено повышение цен на топливо, сокращение денежных субсидий, это тоже дало толчок росту недовольства.
Чтобы преодолеть экономические трудности, Ирану необходимы зарубежные инвестиции, но администрация Трампа удерживает европейские компании от инвестирования в иранскую экономику. В новой Стратегии национальной безопасности США, которую Трамп подписал в декабре 2017 года, Иран, наряду с Северной Кореей, Китаем и Россией, рассматривается в числе главных вызовов-угроз Соединённым Штатам.
Николай Бобкин