"Дети являются жителями Милейчице. Во время разговора с прокурором в присутствии психолога они признали себя виновными. Объяснили, что хотели только унести несколько звезд, отбив их камнями", — говорит представитель полиции Подляского воеводства Анджей Барановский.
Жители ближайшего к кладбищу городка Милейчице, особенно старшее поколение, возмущены и расстроены. "Мы школьниками ходили сюда, убирали могилки. Каждый год здесь молебны проводятся. Это вандализм, слов нет. Кладбище, я помню, всегда тут было и никому не мешало. Стыдно за них", — говорит житель Милейчице Анджей.
24 сентября — Милейчице, 29-го — кладбище в Щецине: там неизвестные сняли с могил металлические звезды то ли забавы ради, то ли чтобы продать на лом. Взрослым нарушителям, если их поймают, грозит до пяти лет лишения свободы. Несовершеннолетними занимается суд по семейным делам — тут наказание мягче.
"Осуждаем, расследуем", — краткий комментарий пресс-секретаря польского МИДа. Осуждают "любые акты вандализма на военных кладбищах". Хотя под особым вниманием вандалов — захоронения именно советских воинов.
Но от главы польского МИДа Гжегожа Схетыны — ни слова. Видимо, не его уровень: это он в начале года заявил, что украинцы освободили Освенцим.
"Учитывая, что господин Гжегож Схетына достаточно радикально высказался уже и по поводу истории, когда мы узнали, что немецкие концлагеря освобождали, оказывается, украинские подразделения — понятно, что он вошел в персональную конфронтацию и для него признать акт вандализма на советских захоронениях равнозначно тому, что он признает, что был неправ", — говорит кандидат политических наук, доцент кафедры политической теории МГИМО Кирилл Коктыш.
Российский МИД призывает польских коллег выступить публично и недвусмысленно, заявив о неприкосновенности захоронений. "Мы напоминаем о межправительственном соглашении между Россией и Польшей 1994 года о захоронениях и местах памяти жертв войн и репрессий. По этому соглашению места памяти, захоронения на территории, соответственно, Польши и России подлежат защите, сохранению. У польской стороны иное мнение: она считает, что захоронения — да, а вот памятники вне мест захоронений — это, по терминологии наших польских партнеров, символические памятники, которые находятся в ведении местных властей, как местные власти решат, так и будет", — говорит чрезвычайный и полномочный посол России в Польше Сергей Андреев.