Появится повод – и западные лидеры как миленькие будут и звонить Лукашенко, и обсуждать с ним животрепещущие вопросы.
Вспомните, как особо ретивые западные лидеры изображали нерукопожатность Путина на саммите G20 в Австралии - и что же дальше? А дальше прошло время, Путин не прогнулся и довольно быстро стал уважаемым и рукопожатным, невзирая на санкции и резолюции.
Показательно, как по-разному рассказали о звонке Госдеп и аппарат Лукашенко. Американцы подали диалог так, будто главной его составляющей было требование освободить политтехнолога Виталия Шклярова.
Пресс-служба Лукашенко выдала развернутый релиз, в котором «проблема Шклярова» оказалась задвинутой куда-то на задворки и выглядела просто как повод для звонка.
В интерпретации "главной по прессе" Наташи Эйсмонт, оба собеседника выглядели несколько смешно, оправдываясь друг перед другом за пропагандистские клише.
Лукашенко убеждал Помпео в том, что Россия, хоть и союзник, но не вмешивается во внутренние дела Беларуси. А Помпео распинался перед Лукашенко, что от НАТО, Литвы и Польши никакой угрозы нет.
Именно эту часть беседы, кстати, и предпочел не публиковать Госдеп. Как и пожелание Бацьки Трампу успехов «в проведении политической кампании». Наташа Эйсмонт специально сделала акцент на том, что разговор длился полчаса (и явно они были убиты не на Шклярова) и был инициирован американской стороной.
Этот звонок, состоявшийся за день до часа Х, назначенного Тихановской, трудно интерпретировать иначе как обозначение готовности Запада вернуть Лукашенко статус «нашего сукина сына».
А значит, Лукашенко снова в любимой раскоряченной позе: он может обменивать визиты Нарышкина на звонки Помпео, рассказывая тем и другим разные страшилки.
Именно это и другие подобные обстоятельства, а не численность участников уличных маршей, и говорят о том, что протест сдувается. А интеграция с РФ привычным образом откладывается. Скорее всего, это и было главной целью звонка из Госдепа.