Победители (Круглый стол демократического единства, MUD) сразу пошли в парламенте на конфронтацию. Торжествующий Энри Рамос Аллуп (Henry Ramos Allup) – один из деятелей MUD и лидер партии «Демократическое действие» – показал, какая перспектива ожидает в ближайшем будущем всех чавистов: ребром ладони он резанул по шее и подкрепил свой жест словами: «Через полгода от режима Мадуро не останется и следа». Тогда из парламента были удалены портреты Симона Боливара и Уго Чавеса.
Напряжённая борьба с оппозицией за сохранение дееспособной исполнительной власти стала тяжёлым испытанием для Николаса Мадуро. Ему угрожали импичментом, обвиняли в «государственном перевороте», в «неисполнении обязанностей» и т.д. В СМИ и соцсетях была развёрнута клеветническая кампания. И всё же Мадуро выстоял! Его ответом на подрывные операции Вашингтона стало проведение выборов в Конституционную ассамблею Венесуэлы.
Администрация Дональда Трампа пыталась сорвать выборы. В сообщении Белого дома, в частности, отмечалось, что вице-президент Майк Пенс в телефонном разговоре с лидером венесуэльской оппозиции Леопольдо Лопесом «подтвердил обещание президента США Дональда Трампа, что если режим Мадуро организует учредительное собрание 30 июля, то Соединённые Штаты ответят твёрдыми и быстрыми экономическими мерами».
Правительство Венесуэлы провело выборы в намеченный срок. По данным Национального избирательного совета страны, участвовало в них более 8 млн человек, или 41,53 % избирателей. Боливарианский режим вновь показал, что пользуется народной поддержкой, получив вотум доверия на дальнейшее управление страной, внесение изменений в Основной закон государства, реформирование системы государственного управления. Председателем Ассамблеи единогласно избрана Дельси Родригес, которая до недавнего времени была министром иностранных дел Венесуэлы, показав себя энергичным, патриотически настроенным политиком. Её отец Хорхе Родригес был основателем партии «Социалистическая лига» и умер сразу же после ареста агентами тайной полиции DISIP в июле 1976 года. Таких политических убийств во времена венесуэльской Четвёртой республики было немало.
Можно понять эйфорию боливарианцев, когда портреты Боливара и Чавеса были возвращены на их законные места в парламенте и все 545 членов Конституционной ассамблеи фотографировались на ступенях парламента. Делси Родригес назвала одной из главных задач «защиту и обновление» Основного закона страны: «Мы пришли сюда не для того, чтобы уничтожить конституцию, мы пришли, чтобы убрать с пути все диктаторские препятствия, устроенные буржуазией, которые не позволяли в полной мере исполнять нашу конституцию, мы пришли, чтобы защитить, углубить, обновить и усилить её».
Начало работы Конституционной ассамблеи Венесуэлы сопровождалось мощным и разнородным международным аккомпанементом. Генсек ОАГ Луис Альмагро заявил, что итог выборов в Учредительное собрание Венесуэлы «сомнителен», поскольку заявленное число проголосовавших может не соответствовать действительности: «Мы абсолютно не признаём результаты, объявленные Национальным избирательным советом Венесуэлы, который утратил остатки законности: легититимные выборы не могут проходить в атмосфере репрессий и насилия».
Солидарность с Венесуэлой выразили Боливия, Никарагуа, Куба, некоторые карибские страны. Весомую поддержку оказывают Венесуэле Россия, Китай, Индия. Финансовые поступления от этих партнёров помогают Венесуэле справляться с трудностями, оплачивать поставки продовольствия и товаров первой необходимости.
Первым актом Ассамблеи стало единогласно принятое кадровое решение: отстранение от должности генерального прокурора Луисы Ортеги Диас. С марта-апреля она отказалась принимать какие-либо меры против радикальных «групп дестабилизации», действовавших под контролем оппозиции. Эти группы бесчинствовали на улицах столицы и крупных городов: перекрывали улицы баррикадами, усыпали их металлическими шипами, приводившими к гибели водителей, поджигали больницы, образовательные учреждения, продовольственные склады, устраивали диверсии на объектах энергоснабжения, убивали боливарианских активистов.
Луиса Ортега же обвиняла боливарианское руководство в коррупции, связях с наркотрафиком и т.п. Фактически она дублировала обвинения Вашингтона в адрес правительства Мадуро. Здесь надо учесть и использование спецслужбами США судебно-прокурорских структур в латиноамериканских странах для отстранения от власти законно избранных руководителей (пример Дилмы Руссефф в Бразилии).
В США сразу же осудили увольнение генпрокурора и «ужесточение диктатуры Мадуро». К протестам присоединился генсек ОАГ Луис Альмагро, президенты Мексики, Бразилии, Парагвая, Аргентины, Колумбии, Панамы и другие. Ситуация для президента Мадуро нелёгкая – Вашингтон делает всё возможное для изоляции его правительства, используя ослабление прогрессивного блока государств в Латинской Америке и Карибском бассейне.
Вместе с тем Николас Мадуро, который работает над развитием «социалистического проекта» Уго Чавеса, никогда не чувствовал себя столь уверенно в кресле президента, как сейчас. И это притом, что пропагандистская стихия продолжает бушевать. Объявленный в США арест на имущество и денежные счета Мадуро был воспринят оппозицией как нечто реальное, хотя венесуэльский президент не раз заявлял, что в США у него ничего нет. Прискорбно, что облыжные обвинения были с готовностью подхвачены либеральными журналистами из России.
Победа сторонников Конституционной ассамблеи показала, что мобилизационный ресурс Мадуро и его команды значителен. Саботаж выборов в Ассамблею выбросил оппозицию на обочину. Есть ли у неё варианты выхода из ситуации? Создавать параллельное правительство? Нагнетать конфронтацию, используя террористические методы? Или же перестраиваться, ориентируясь на демократические выборы, меряясь силами с конкурентами-боливарианцами? В декабре должны пройти выборы в губернаторы. Партия «Демократическое действие», например, так и решила: она выставит своих кандидатов на посты губернаторов во всех 23 штатах страны.
Информационные фальшивки об угрозе гражданской войны в Венесуэле распространяются на Западе со времён Чавеса, но у оппозиции не хватает сил: её база поддержки сосредоточена в основном в привилегированных районах крупных городов. В Каракасе таких районов не более 5-6; там и происходили показательные поджоги автотранспорта, возводились баррикады песка и мусора, действовали молодёжные группы боевиков в противогазах, со щитами против резиновых пуль и в перчатках, чтобы не навредить себе при метании бутылок с зажигательными смесями.
После выборов активность праворадикальных группировок спала. Нет баррикад и поджогов, диверсий на линиях электропередач, минимум уличных провокаций против граждан, которые внешне «похожи на чавистов». Однако на днях много слухов породило нападение на казармы Форта Парамакай (Fuerte Paramacay) в Валенсии. Как объявил президент Мадуро, в акции принимали полтора десятка человек. Двое были убиты, один ранен, остальные захвачены. Все, кроме одного, – гражданские лица. Единственный военный, лейтенант, – дезертир, даёт показания.
В западных СМИ твердят:акция была организована военными диссидентами, недовольными политикой режима. Как сообщил министр обороны Владимир Падрино, из материалов следствия видно, что все исполнители были привлечены к преступной акции на территории Венесуэлы активистами правой оппозиции, связанными с иностранными правительствами. В СМИ к заговорщикам причисляют также находящегося под арестом отставного капитана Кагуарипано Скотта (Caguaripano Scott), который участвовал в антиправительственном заговоре 2014 года, скрывался в США и несколько месяцев назад вернулся в Венесуэлу. Оппозиция планировала использовать акцию в Форте Парамакай как «информационно-пропагандистское шоу», чтобы вызвать в стране панику и замешательство. Это напомнило нападение с вертолёта на правительственные здания «венесуэльского Рембо», которое тоже выдавалось за акцию военных диссидентов.
События в Форте Парамакай лишь приоткрывают тайные операции спецслужб США против Боливарианской революции и её лидера Николаса Мадуро. В Вашингтоне полагают, что отстранение венесуэльского президента от власти станет серьёзным ударом по позициям Китая и России в Латинской Америке. Всё действительно упирается в президента. Вспомним, однако, слова Николаса Мадуро, сказанные им в ответ на американские угрозы: «Если они накладывают на меня санкции за то, что я созвал Конституционную ассамблею... то я горд, что подпал под санкции, мистер император Трамп!»
Источник