Социологи фиксируют, что сторонники смертной казни среди россиян в большинстве, но их доля стабильно сокращается. Правозащитники утверждают, что сторонники казни будут всегда и во всяком обществе, а потому настаивают на немедленной отмене «архаики».
Глава думского комитета по законодательству и госстроительству Павел Крашенинников (был министром юстиции в 1998-1999 годах) заявил вчера, что «нам бы зачистить, убрать из УК все упоминания о смертной казни, поскольку ее все равно уже нет». Ее как высшую меру наказания предусматривает ст. 59 УК «за особо тяжкие преступления, посягающие на жизнь». Но с 1997 года Россия, став членом Совета Европы, ввела мораторий как на применение этой высшей меры, так и на ее исполнение.
«Смертная казнь у нас фактически отменена,— пояснил свою позицию глава думского комитета.— У нас есть соглашение относительно отмены смертной казни, у нас есть указ президента, у нас есть решение Конституционного суда по этому поводу (2009 года.— «Ъ»)». И Конституция, принятая в 1993 году, допустила применение казни «впредь до ее отмены», жестко оговорив: устанавливаться она может исключительно «федеральным законом», приговор выноситься может только «за особо тяжкие преступления против жизни» судом по вердикту присяжных заседателей. «Де-факто смертной казни у нас нет, она не только не применяется, но она и выноситься судом не может»,— сообщил господин Крашенинников.
На самом деле председатель думского комитета по законодательству вольно или невольно способствовал возобновлению дискуссии о сохранении смертной казни как наказания и ее применении. За последние годы в пользу высшей меры высказывались руководители силовых структур (в частности, глава МВД Владимир Колокольцев и глава СК Александр Бастрыкин), оговариваясь, впрочем, что речь идет об их частном мнении.
Позиция Павла Крашенинникова не находит поддержки и среди законодателей практически всех фракций. Они предлагают ничего не менять ни де-юре, ни де-факто. «Считаю нужным сохранить действующий мораторий, который оптимально отражает неоднозначное отношение нашего общества к смертной казни»,— заявил «Ъ» зампред комитета по госстроительству от «Справедливой России» Михаил Емельянов. «Исключение смертной казни из статей УК будет означать ее полную отмену»,— заявил «Ъ» зампред этого же комитета от «Единой России» Рафаэль Марданшин, по мнению которого применять это наказание нельзя, но при этом в УК его следует сохранить как «профилактическую, превентивную, сдерживающую меру».
«Статьи следует сохранить, а в некоторых единых случаях, например в отношении серийных педофилов, смертную казнь можно было бы и применять, особенно при повторной судимости»,— заявил «Ъ» первый зампред этого же думского комитета от КПРФ Юрий Синельщиков. «А то бывает, человек педофилит-педофилит, потом отсидит 15 лет и снова педофилит»,— пояснил позицию коммунист. Он отвергает аргумент о том, что смертный приговор непоправим, если допущена судебная ошибка: «Давайте искоренять судебные ошибки, а если в деле возникает хоть малейшее сомнение, то вместо смертной казни надо приговаривать к пожизненному сроку».
«Нужно оставить все как есть, потому что вопрос о смертной казни сейчас совсем не первый в повестке дня»,— заявил «Ъ» вице-спикер от ЛДПР, член комитета по госстроительству Игорь Лебедев. К тому же, по его словам, «нынешний кризис в отношениях с Европой не сегодня-завтра закончится, и России следует быть вместе с цивилизацией, а не с первобытно-общинным строем».
Правда, депутатам придется решать этот не самый актуальный вопрос: в портфеле профильного комитета шесть законопроектов, которые предлагают отменить как смертную казнь, так и мораторий в отношении террористов и педофилов. Причем в шестом созыве Госдумы инициатива о возрождении казни принадлежала депутатам из фракций ЛДПР и «Справедливой России».
Все законопроекты получили отрицательное заключение. На самом деле выступление в пользу сохранения, а то и применения высшей меры наказания — дело пока популярное среди населения. Об этом «Ъ» сообщил заместитель директора аналитического «Левада-центра» Алексей Гражданкин. Впервые российские (тогда еще советские) социологи (тогда еще из ВЦИОМа) опросили граждан на эту тему в 1989 году. Отмену или мораторий тогда признавали только 17% граждан, за расстрел как уголовное наказание высказались 67%. К 1999 году противников смертной казни стало 21%, сторонников — 61%. По данным последнего опроса «Левада-центра», противников было 41% (14% за полную отмену, 27% — за мораторий), сторонников — 44% (31% — возобновить применение, 13% — расширить применение).
То есть доля сторонников «смертной казни год от года снижается, хотя они пока в большинстве», подчеркивает господин Гражданкин. Жесткой позиции придерживаются мужчины (47% за смертную казнь, 37% против) и пенсионеры (49% за, 36% против). Женщины мягче настолько, что среди них противницы смертной казни (43%) преобладают над сторонницами (41%). Самая гуманная в России молодежь (43% против казни, 33% — за).
«Сторонники смертной казни будут всегда, и она есть даже в тех странах, где это наказание давно отменено,— заявил «Ъ» глава правления международной организации «Мемориал» Арсений Рогинский.— Поэтому власть уже сейчас может отказаться от этой архаики, невзирая на общественные настроения».
Коммерсант