Приговор ему вынесли еще в 1991 году, когда существовал Советский Союз. В случае отказа он намерен обратиться в Конституционный суд, с требованием признать дискриминационными нормы Уголовно-исполнительного кодекса, где ограничивается право на УДО, пишет «КоммерсантЪ».
Адвокаты Стаховцева планируют объединить его жалобу с жалобами двух других пожизненно осужденных, кто просил о досрочном освобождении. В 2013-2014 годах для осужденных, которые когда-то первыми получили пожизненное, истек предусмотренный законом 25-летний срок, после которого появляется право на прошение о замене пожизненного заключения, напоминают специалисты.
Встретить в СМИ упоминания о деле Стаховцева не так просто.
...На самом деле уроженец Гомельской области был Стаховцовым. Его отец застрелил односельчанина и несколько лет скрывался в лесу. Родственники знали, где именно. Потом Петр убедил родителя сдаться. Отца посадили. А сын заменил одну букву в фамилии. Иначе никогда бы его не приняли на работу в милицию. Запрос при поступлении новобранца милицейские кадровики из Улан-Удэ отправляли в Белоруссию на Петра Стаховцева. Естественно, пришел ответ, что никто из родных Петра Ефимовича не судим.
В июле 1989 года его арестовали, в апреле 1991-го приговорили к смертной казни, а в 1992 году комиссия по помилованию при президенте включила Стаховцева в список лиц, которым Борис Ельцин своим указом заменил расстрел на пожизненное заключение. Эти события остались почти незамеченным на фоне глобальных потрясений в стране. Оглашение приговора наложилось на активную фазу распада Советского Союза.
В литературе по истории правоохранительных органов период конца 80-х — начала 90-х чаще всего характеризуется словами «резкое ухудшение криминогенной обстановки». Задержание в Иркутске 46-летнего сотрудника вневедомственной охраны, руководившего бандой из пяти человек, не вызвало большого резонанса.
Стаховцеву вместе с сообщниками вменялись нападения и попытки нападений с целью ограбления или завладения оружием на отделы внутренних дел, кассиров двух иркутских горно-обогатительных комбинатов, алюминиевого завода, мясокомбината, квартиру директора магазина «Детский мир», охрану Комитета по телевидению и радиовещанию Иркутской области, Центральный аптечный склад и отделение Госбанка.
В большинстве эпизодов преступники ограничились лишь подготовкой к преступлению. Самым удачным можно назвать ограбление склада с промедолом: некоторые члены банды сами страдали наркотической зависимостью, а также планировали заработать на реализации лекарства среди других наркоманов.
Несмотря на сомнительные преступные достижения группировки, ее жертвами стали три человека: 79-летний стрелок ВОХР Артем Минько, задохнувшийся из-за кляпа, 24-летний водитель Петр Богомолов, у которого преступники забрали машину, и 34-летний член банды Валерий Смолянский, заподозренный в сотрудничестве с милицией. Самым дерзким, по версии следствия, был неудавшийся план нападения на Госбанк в городе Слюдянка.
Преступники рассчитывали похитить 11 млн советских рублей, захватить расположенный рядом склад со взрывчаткой для местных карьеров и устроить грандиозный взрыв. Вызванный таким способом оползень должен был стереть Слюдянку с лица земли и скрыть следы преступления.
По версии следствия, Стаховцев в большинстве преступлений непосредственного участия не принимал, а действовал из-за спины инженера вневедомственной охраны Андрея Дядченко, руководившего уже исполнителями преступлений. Там, где Стаховцев сам участвовал в нападениях, делал он это на пару с Дядченко, не поддерживая никакой связи с остальными членами банды.
Сначала суд приговорил Стаховцева к расстрелу, потом своим указом Б.Н. Ельцин заменил расстрел на пожизненное заключение.
Стаховцев по сей день отбывает наказание в Мордовской колонии № 1 (Сосновка) на участке ПЛС (пожизненного лишения свободы)