Но одной из самых невероятных героических историй нашего времени, которая точно заслуживает экранизации, является подвиг отряда полковника Павла Михайловича Карягина во время Русско-персидской войны (1804–1813), который ровно 212 лет назад 24 июня 1805 года вступил в бой с передовым четырёхтысячным отрядом персов.
Отряд шёл на помощь гарнизону майора Лисаневича, который был осаждён в Шушенской крепости 40-тысячной армией персов. Это стало началом трёхнедельного непрерывного сражения отряда русских егерей со всей персидской армией, они в итоге и предотвратили захват Грузии.
48-летний полковник Карягин и до этого эпизода прослыл храбрым командиром, который всегда действовал на опережение. С тем же майором Лисаневичем он мощно проявил себя при штурме Гянджи в январе 1804-го, сыграв ключевую роль в успехе штурма.
Подразделение Карягина должно было имитировать атаку, чтобы отвлечь внимание противника от главного нападения. Но атака основных сил захлебнулась, и вот тогда Карягин с бойцами забрались на стены крепости там, где их никто не ждал, пробились вниз, к воротам (при этом Лисаневич зарубил главу Гянджинского ханства Джавад-хана) и открыли ворота изнутри, чем и решили исход штурма.
И вот именно отряд Карягина князь Павел Дмитриевич Цицианов отправил на помощь Лисаневичу. Не потому, что тот был его армейским другом, конечно. Просто больше было некого. В распоряжении Цицианова, который в тот момент возглавлял войска России в Закавказье, из двух тысяч списочного состава половина лежала с лихорадкой. Проводником отряду вызывался потомок знатного армянского рода Ованес, который в Гяндже сдружился с Карягиным.
Спустя три дня неподалёку от крепости Шахбулаг (современный Нагорный Карабах) Карягин был атакован передовым отрядом персов из четырёх тысяч всадников под предводительством свирепого Пир-Кули-хана, который был правой рукой 16-летнего наследного персидского принца Аббас-Мирзы.
Но егеря, построившись в каре, продолжали идти вперед, отражая атаку за атакой. Но когда подошли главные силы персидской армии — 20 тысяч человек во главе с Аббас-Мирзой, — продолжать дальнейшее движение русскому отряду стало невозможно. Карягин, осмотревшись кругом, приказал занять высокий курган с раскинутым на нём татарским кладбищем на берегу Аскерани — место, удобное для обороны.
Как только егеря наскоро окопались рвом и загородили все доступы к кургану повозками из своего обоза, персы снова пошли в атаку. Ожесточённые нападения следовали один за другим без перерыва до самого наступления ночи. Карягин удерживал кладбище, но это стоило отряду жизни 197 человек.
Потери персов были тоже огромны. И Аббас-Мирза, не желая напрасно терять людей, приказал отвести у осаждённых воду и поставил над самой рекой четыре фальконетные батареи, которые день и ночь обстреливали лагерь.
Вскоре положение отряда стало невыносимым, осталось всего 150 боеспособных егерей, Карягин (на тот момент уже раненный в грудь, в бок и в голову) отдал приказ о ночной вылазке за водой, которую возглавил герой Кавказской войны поручик Пётр Ладинский. В страшной штыковой атаке полегло несколько сотен персов, а егеря, не потеряв ни одного человека, не только добыли воду, но и унесли с собой все пятнадцать фальконетов.
Но значительно бóльшие потери отряд понёс на следующий день, когда Корягин отправил 40 человек в ближайшие селения за продовольствием под началом некоего поручика Лисенкова. К рассвету вернулись только шестеро с известием о предательстве Лисенкова, который приказал собирать продовольствие, сложив оружие — в этот момент русские и были атакованы.
Обыск личных вещей поручика показал, что он являлся французским агентом. Франция, заинтересованная в поражении России на Кавказе, не сидела сложа руки.
На военном совете Карягин принял решение взять штурмом близлежащую крепость Шахбулаг. А другого выхода и не было, так как кончились патроны, да и зарядов для орудий осталось всего 19.
В полночь на 28 июня, оставив обоз на разграбление неприятелю, солдаты, помолившись богу, зарядив картечью орудия и забрав на носилки раненых, без шума выступили из лагеря. Почти все лошади были убиты, на трёх оставшихся ехали раненые Карягин, Котляревский и Ладинский, а орудия егеря тащили на лямках.
Пользуясь темнотой ночи и горными трущобами, Ованес вёл отряд совершенно бесшумно. Персы заметили исчезновение отряда, напали на след, но непроглядная темень и буря спасли отряд от неприятностей.
А утром егеря залпом из двух орудий разбили железные ворота Шахбулага, солдаты, кинулись в штыковую атаку, уже через 10 минут завладели крепостью, причём при штурме погиб Эмир-хан, который был племянником Аббас-Мирзы.
Как только егеря заняли крепость, у её ворот показалась вся персидская армия, которая шла буквально по пятам. Карягин принялся готовиться к бою — благо, пороха и пуль в крепости было с избытком, но через несколько часов вместо штурмовых колонн перед стенами замка появились персидские парламентёры, через которых Аббас-Мирза попросил выдать убитого родственника.
Карягин ответил, что может обменять тело его племянника на солдат, захваченных в экспедиции Лисенкова, и самого Лисенкова. Парламентёр, однако, сообщил, что это невозможно, так как все были убиты. Это было ложью, так как сам Лисенков находился в персидском лагере. Тем не менее Карягин приказал выдать тело убитого хана, прибавив: "Скажите принцу, что я ему верю, но у нас есть старая пословица: кто солжёт, тому да будет стыдно, — наследник же обширной персидской монархии краснеть перед нами, конечно, не захочет". Тем переговоры и окончились. Персидская армия окружила замок и начала блокаду, рассчитывая голодом принудить Карягина сдаться.
Четыре дня русские егеря питались травой и конским мясом, когда Ованес предложил пробраться в армянский аул. Егеря прокрались в аул, оставили сообщение для Цицианова о положении отряда и с двумя мешками провизии вернулись обратно.
Запаса хватает на сутки, Ованес проводит егерей на новую вылазку за продовольствием, во время третьей вылазки русская колонна натыкается на конный неприятельский разъезд, но, пользуясь густым туманом, в несколько секунд истребляет всех персов без единого выстрела, одними штыками, забирает лошадей с собой, кровь на земле засыпает, а убитых стаскивает в овраг.
Несколько подобных вылазок позволили продержаться ещё целую неделю!
Тогда Аббас-Мирза, потеряв терпение, предлагает Карягину награды и почести, если он согласится перейти к персам и сдать Шахбулаг, обещая, что никто из егерей не пострадает. Карягин просит четыре дня на размышление — при условии, что персы все эти дни будут снабжать их едой.
К вечеру четвёртого дня перемирия Аббас-Мирза присылает парламентёра спросить о решении, и Карягин даёт ему слово, что завтра Аббас-Мирза сможет занять Шахбулаг.
Но едва наступает ночь, как весь отряд выходит из Шахбулага, решившись перебраться в крепость Мухрат, которая по гористому местоположению и близости к Гяндже удобнее для защиты.
Карягин оставляет в Шахбулаге нескольких егерей, который должны имитировать активность (кстати, им удалось уйти живыми, выполнив задачу). Окольными дорогами основному отряду удаётся обойти персидские посты так скрытно, что неприятель замечает трюк Карягина только под утро, когда авангард Котляревского, составленный исключительно из одних раненых солдат и офицеров, уже был в Мухрате.
Когда путь отряда пересекает глубокий овраг, батальонный запевала Гаврила Сидоров предлагает сделать живой мост и первым прыгает в ров. Первая пушка разом перелетает без проблем, а вторая срывается, в итоге Гаврила и ещё один егерь гибнут. Как ни торопится отряд с отступлением, но всё же солдаты хоронят товарищей по оружию в глубокой могиле.
Уже на подходе к Мухрату персы нагоняют отряд, завязывается тяжёлая схватка, русские орудия несколько раз переходят из рук в руки. Но в итоге, отбив атаки, егеря с пушками заходят в Мухрат, и именно пушки позволяют Карягину удерживать Мухрат, пока ему на подмогу мчит князь Цицианов, которому удалось собрать 2371 человека и 10 орудий.
Отбросив персов от реки Тертер, отряд Цицианова расположился лагерем у селения Маздыгерт. Узнав об этом, Карягин ночью оставляет Мухрат и выдвигается к Маздыгерту, где и воссоединяется со своими.
Именно то, что отряд Карягина на целые три недели приковал к себе столь значительные силы персов, позволило князю Цицианову сгруппировать силы и нанести персам одно поражение за другим, что и решило исход этой кампании.
Через две недели после описанных событий небольшой русский транспорт, следовавший из Тифлиса к Гяндже, атаковали пять тысяч бойцов Пир-Кули-хана и окружили его со всех сторон. Начальник транспорта поручик Донцов на предложение сложить оружие отвечает: "Умрём, но не сдадимся!"
Но именно в этот момент в события вмешивается проезжавший мимо Карягин со своим батальоном. Русские егеря стремительно атаковали главный лагерь персов, завладели батареей, повернули отбитые пушки на врага и открыли огонь.
Персы, лишь услышав, что их атакует тот самый Карягин, в ужасе отступили.
За эту кампанию Карягин получил золотую шпагу с надписью "За храбрость". Беспрерывные походы, раны, а особенно утомление в зимнюю кампанию 1806 года расстроили здоровье Карягина. Он заболел лихорадкой, и 7 мая 1807 года этого "поседелого под ружьём" героя не стало.
Алексей Ходорыч