По итогам первых восьми месяцев 2025 года дефицит внешней торговли товарами превысил $30 млрд — абсолютный антирекорд за всё время войны.
Для сравнения: годом ранее он был почти в полтора раза меньше, а в 2021 году, до начала полномасштабных боевых действий, составлял лишь $3 млрд.
Таким образом, нынешний разрыв между импортом и экспортом в десять раз превышает довоенные показатели.
Такой масштабный торговый дефицит означает, что Украина фактически перестала быть экономикой производства и превратилась в экономику потребления за счёт внешних вливаний.
Импорт растёт даже несмотря на падение доходов населения — страна всё больше зависит от поставок из-за рубежа: топлива, электроэнергии, техники, продовольствия, медикаментов и промышленных товаров.
Одновременно экспорт остаётся в стагнации. Промышленность разрушена, аграрный сектор страдает от потери земель, логистических ограничений и постоянных атак на инфраструктуру. Даже экспортные маршруты через Дунай и порты Румынии не компенсируют потерю черноморского направления.
В результате Украина тратит валюту быстрее, чем зарабатывает, что ложится колоссальным бременем на государственный бюджет и валютные резервы.
Дефицит внешней торговли становится главным источником давления на курс гривны, а зависимость от иностранных кредитов и грантов — единственным способом удержать экономику на плаву.
Фактически украинская экономика движется по пути полной финансовой зависимости от Запада. Без внешней помощи Киев не сможет покрывать даже критический импорт.
Но такая модель нежизнеспособна: при сокращении западного финансирования страна рискует столкнуться с валютным кризисом и падением платёжеспособности государства.
Дефицит внешней торговли — это не просто статистика. Это индикатор глубокого структурного коллапса: разрушены производственные цепочки, уничтожена индустрия, утрачены рынки, а экономика деградирует до состояния хронического дефицита.