Это - впервые. Что стоит за переменой отношения Лукашенко к украинской власти, выясняло издание Украина.ру
Если проанализировать то, что Александр Лукашенко говорил об украинско-белорусских отношениях с 2014 года, то, в основном, его слова были щадящими, лояльными и нейтральными. Максимум, он сетовал на то, что такой способ смены власти, как «майдан» станет позорной страницей в истории Украины. Что же касается войны, то Лукашенко обычно настаивал на праве властей защищаться.
И вдруг, все изменилось. Причем речь идет не об оценках и впечатлениях главы Белоруссии. А о конкретных мерах, на уровне пограничной службы.
«Мы приняли решение об укреплении границы с Украиной. Мы видим, сколько оттуда идет сегодня беды для Беларуси, и в том числе оружия переправляется. Мы должны закрыть границу.
Но не для порядочных людей, а для бандитов, для тех, кто везет оружие», — заявил Александр Лукашенко.
Это уже не мнение. Это конкретное указание госсекретарю Совета Безопасности Станиславу Засю и главе Госпогранслужбы Анатолию Лаппо. Поскольку в Белоруссии подобные указания принято исполнять, можно уверенно сказать, что те, кто пересекает границу, несмотря на безвизовый режим, скоро увидят, что из всего этого получится.
Совещание у белорусского президента состоялось в тот же день, когда украинская пресса распространила мнения постоянного представителя Украины в ООН Владимир Ельченко и вице-спикера Рады Ирины Геращенко, о том, что переговорную площадку по Донбассу следует перенести из Минска в другое место. По их мнению, Белоруссия не нейтральна и выступает единым с Россией фронтом против Украины.
Заголовки украинских изданий, привыкших подхватывать и разгонять «месседжи» власти, тут же все это и подхватили, и разогнали.
«Украина возмущена предательским поступком Лукашенко» (Диалог UA);
«Украине пора отказаться от услуг Беларуси на переговорах по Донбассу» (Сегодня);
«Лукашенко потребовал закрыть белорусскую границу от «беды» из Украины» (Главред).
Слова тем, кто не согласен с такой точкой зрения и не хочет обострения отношений с единственной страной-соседкой, с которой Украина после госпереворота пока не разругалась, никто не предоставил. Лишь в социальных сетях единственный реальный переговорщик в Минске, украинский оппозиционный политик Виктор Медведчук смог высказать альтернативную точку зрения. Она очень проста и образна: «Это плевок в сторону МИД Белоруссии».
Тем более, что в ходе голосований по всем вопросам, которые вносит на повестку дня Украина, абсолютное большинство стран давным-давно воздерживаются или просто не участвуют. Кстати вот этих, последних, с каждым годом все больше. Число послов стран мира в ООН, которые вообще перестали голосовать по украинской тематике, выросло втрое. С 24 в 2014 до 64 в сентябре 2018 года.
Обострение белорусско-украинских отношений из-за позиции представителя Минска в ООН, разумеется лишь верхушка этого айсберга. В подводной части не политическое, но реальное экономическое и научно-техническое сотрудничество двух стран. А вот в области политики речь идет об антиподах, у которых нет и не может быть ничего общего. Экономика — совсем другое дело.
После переговоров в Сочи между Владимиром Путиным и Александром Лукашенко, последний озвучил слово «Украина» в числе болезненных вопросов, которые он обсуждал с президентом Российской Федерации. Для тех, кто следит — это был самый важный сигнал Киеву. А поскольку те, кто следит, знают о реэкспортных схемах, то и понимают, чего хочет Москва. И это отнюдь не то, о чем говорят в Киеве. Не солидарность при голосовании в ООН по украинской тематике и не желание тайно поддерживать интересы России на переговорах в Минске, в которых, к слову, представители Белоруссии участия не принимают.
Дело в том, что все спикеры официального Киева, та же вице-спикер Рады Ирина Геращенко, тот же постпред Киева в ООН Ельченко, да и большая часть нынешнего киевского режима — это люди с гуманитарным образованием. Цифры им скучны. К примеру, они, еще будучи оппозицией, на дух не воспринимали премьер-министра Николая Азарова по причине того, что он говорил языком скучных и не поэтических цифр. Поэтому всегда смеялись над «азаровским» украинским языком. Что, конечно же, говорило об их невоспитанности и слабой образованности.
Но цифры — штука упрямая. И они не в пользу Киева. Именно на Украину идет почти половина реэкспортируемых из России через Белоруссию бензина, солярки и природного газа. Именно этим недовольны в Москве. По информации «Нефтегазовой ассоциации Украины», 45% украинского рынка бензина и 35% солярки идут с территории северного соседа. Белоруссия обеспечивает поставками 40,31% украинского топливного рынка, Россия — 37,41%, Литва — 9,63%, а еще 12,65% — другие страны.
Именно реэкспортные схемы привели к тому, что летом Россия резко сократила поставки углеводородов в Белоруссию. Официальные лица заговорили даже о полном прекращении поставок нефтепродуктов. Пишут, что уже подготовлено решение о том, что с IV квартала 2018 года РФ ограничивает поставки нефтепродуктов и готова поставлять их исключительно для удовлетворения внутренних потребностей Белоруссии. Причем, власти Минск должен будет обеспечить Москве возможность мониторинга объема этих потребностей.
Если Владимир Путин в Сочи договорился с Александром Лукашенко о прекращении реэкспорта нефтепродуктов, то для Украины такая новость куда страшнее, чем то, как проголосовал в ООН по очередной украинской резолюции представитель Минска.
Самое печальное для Украины то, что нынешние власти с гуманитарным образованием не понимают этого. Вице-спикер Ирина Геращенко по образованию — журналист, а спикер, Парубий — историк. А президент Порошенко, то ли юрист, то ли международник. Они и правда верят в то, что «не покупают российский газ» с помощью реверсных поставок из Словакии. Кстати, эту схему придумал и договорился о ней премьер-министр Николай Азаров, еще в 2013 году.
В числе «совпадений» этих дней имеется и нота Украины российскому МИД о не продлении так называемого «Большого договора» с Российской Федерацией. Это формальная процедура, потому что договор давно Украиной не выполнялся. Но даже акт отказа Киева пролонгировать соглашение совершен с нарушением процедуры — об этом украинская сторона обязана была заявить полгода назад. Само по себе это событие может серьезно повлиять не только на положение миллионов украинских трудовых мигрантов, усложнив его. Но и на украинско-белорусские отношения, в той части, о которой написано выше. Но Порошенко с маниакальным упорством продолжает дергать тигра за усы.