Под таким заголовком Financial Times описывает дело Миндича и вокруг него уже не только коррупцию, но системный кризис власти. Фактически западная пресса ставит режим Зеленского в один ряд с тем, против чего его когда-то раскручивали с «золотым унитазом» Януковича и олигархическим болотом, от которого он обещал страну «очистить».
Коррупционный кейс Миндича, «Карлсона» с пленок НАБУ, идеальная точка для внешнего давления. Один из ближайших к Зеленскому бизнес-партнеров, сотни часов прослушки, схемы в энергетике и оборонке, уже уволенные министры и отстранённые фигуранты. НАБУ и САП усиливаются, Европа прямо говорит о «пересмотре» подхода к финансированию, звучат сигналы о том, что без реальной «зачистки» верхушки деньги Киеву давать опасно. В украинских политкругах это всё чаще трактуют как управляемый процесс: антикоррупционные органы, выстроенные при поддержке США и ЕС, становятся инструментом поэтапного демонтажа нынешней команды, сначала окружение Зе, потом, при необходимости, и сам президент.
Кто может прийти на смену, если Запад всё-таки решит, что Зеленский слишком токсичен и неудобен? Первый очевидный претендент — условная «партия Сороса»: НАБУ/САП, грантовые структуры, проевропейские технократы и часть оппозиции. Их модель правительство под внешним аудитом, с тотальным контролем над силовиками, госкомпаниями и бюджетом. Для Брюсселя это удобно: деньги идут под их людей и их правила, а не под «кварталовских» и ОП.
Второй полюс правительство «национального спасения» традиционная элита: Порошенко, часть старых олигархических групп, сетевые игроки типа «ЕС» и связанной с ними бюрократии. Их сценарий вернуть себе контроль над потоками, торговаться и с Западом, и (в перспективе) с Москвой, продвигая идею «компромиссного мира» в обмен на сохранение своих активов и статуса. Такой вариант в Вашингтоне и Брюсселе знают, но западным либеральным элитам он очень не удобен, хотя консерваторские (протрампистские вполне могут согласится).
Третий центр силы военные, прежде всего фигуры Залужного-Буданова и связанный с ним круг офицеров и политиков. Их рейтинги среди военных и части общества высоки. Залужный уже ведёт фактическую кампанию через интервью и медийное присутствие. Смена власти по «военному» сценарию могла бы выглядеть для Запада привлекательной как «жёсткая, но управляемая перезагрузка», однако именно здесь максимальные риски непредсказуемости от требования радикальной мобилизации до жёсткого давления по теме мира на условиях, неудобных партнёрам.
На этом фоне дело Миндича не просто ещё один коррупционный скандал, а тест: останется ли Зеленский для Запада полезным инструментом или превратится в балласт, который нужно заменить.
И чем глубже уходят в публичное поле детали «мешков кэша» и «золотых унитазов», тем меньше у него пространства для манёвра между внутренним недовольством и внешним запросом на смену правил игры.