Уничтожение самолета стало пощечиной российскому президенту Владимиру Путину, который привык ни с кем не считаться, проявляя агрессию, подчеркивающую слабость позиций Америки и Европы.
Действия Кремля в Крыму и на Донбассе не встретили с их стороны никакого сопротивления. Вся американская бронетехника была выведена из Европы. Натовские и американские военные силы были в упадке. Казалось, никто не помешает Кремлю делать то, что ему вздумается. Президент Обама ретировался со своих «красных линий» в Сирии. Если Россия собиралась время от времени нарушать воздушное пространство Турции, кто мог ее остановить?
Президента Турции Эрдогана тревожили не только нарушения воздушного пространства страны. Суннитская Турция находилась в давнем конфликте с сирийским режимом, поддерживая оппозицию сирийского президента Башара Асада в надежде избавиться от шиитской угрозы у своих границ. И вдруг Россия перевернула положение дел на земле, высадив свои экспедиционные войска, чтобы поддержать своего союзника г-на Асада. Оппозиция обратилась в бегство.
Турецкий удар, сбивший российский истребитель, застал Россию врасплох. Г-н Путин в гневе назвал его ударом в спину. Турция и Россия были глубоко связаны экономически, главным образом, в сфере туризма и энергетики. Москва потребовала от Турции извинений, которые Анкара приносить отказалась. Г-н Путин недолго думая наложил санкции на продуктовый импорт из Турции и запретил российским туристам поездки на излюбленные курорты.
В рукаве у Путина были и другие козыри.
Независимое курдское государство на южной границе Турции было ее давним кошмаром, учитывая давнюю борьбу правительства с Рабочей партией Курдистана и другими агрессивными участниками турецкого курдского меньшинства. Стамбул считает Рабочую партию Курдистана террористической организацией, и кровавый малоинтенсивный конфликт десятки лет брезжил на границе с Ираком и Сирией.
Россия, очевидно, знала об этом и начала поддерживать курдские войска, действующие на границе Турции и Сирии. Перспектива появления в этой полуавтономной области курдского государства переполнила чашу терпения Анкары.
На этой неделе Турция не выдержала. Г-н Эрдоган направил в Кремль письмо, где выражал сожаление в связи с произошедшим инцидентом. «Мы не хотели и не намеревались сбивать этот самолет», — утверждал он. Сопереживая и выражая «соболезнования семье российского пилота», Эрдоган просил Россию «простить нас», — по крайней мере, если верить публикации в The Moscow Times.
И хотя Турция пытается теперь откреститься от письма, стараясь сохранить лицо при плохой игре, такое развитие событий означает полную капитуляцию. Тот факт, что Эрдоган направил свое письмо сразу после того, как Великобритания проголосовала за выход из ЕС, не случаен. Турция, которой давно не дают присоединиться к экономическому союзу, чувствует, как иссякают силы ЕС. Путин давно стремился ослабить западные институты и посеять разлад в их рядах. Возможно, Турция также испытывает давление иранского, сирийского и российского союза на юге.
В любом случае этот эпизод подчеркивает слабость на южном фланге Нато перед лицом окрепшей России, поддерживая образ Путина-европейского богатыря. Кремль доказал, что не отступит первым и готов вынести любые трудности, пока Запад не изменит своей позиции. То же самое происходит и санкциями, наложенными на Россию в связи с Украиной. Россия лишь ждет благоприятного случая, продлив накануне запрет на импорт продуктов из Европы, она все больше уверена, что в конце концов Европа пойдет на попятный.
Запад должен осознать, что в игре в выжидание русские всегда возьмут верх. Это заложено в их генах. Единственный способ изменить поведение Москвы — это угроза и использование силы. Как бы неприятна ни была подготовка к войне для прогрессистов и либералов, она остается единственным способом избежать войны, особенно когда речь идет о России. Мы знаем об этом из истории, по крайней мере, некоторые из нас. Левые отказываются признавать такую реальность.
Л. Тодд Вуд (L. Todd Wood)