Намерения были благими, но непродуманными. Аральское море в настоящее время имеет площадь около 10 тыс. км2, потеряв 54 тыс. км2. При нормальном режиме (до обмеления) испарение с поверхности моря составляло 60,7 км3/год (1925 м3/с). Водоём работал как крупный испаритель.
Чтобы компенсировать испарение, нужно было изымать такое же количество воды из р. Оби. Также необходимо было восстановить примерно 1000 км3 потерянного объёма за годы усыхания до первоначального. Дополнительное количество воды на полив сельскохозяйственной продукции — также величина не малая. Общий объём потребляемой в Туркменистане воды оценивается в 10-12 км3, из них 90% идёт на полив. В Узбекистане используется для орошения 55 км3 воды. То есть проблема с Аральским морем и поливом полей южных республик для р. Оби неподъёмная. Кроме того, Китай планирует брать воду с р. Иртыш на своей территории — с притока р. Обь.
Вода должна была поступать в Средне-Азиатский регион по каналу длиной более 2000 км при ширине его около 230 м и глубине 15-15,5 м. Конечно, это была бы стройка века, по-народному которую можно назвать гигантским «свинороем» с водопритоками в котлован и водопонижением при строительстве. Это касалось больше участка болот Западной Сибири.
Позднее Ю.М. Лужков пытался провести реанимацию проекта, но не нашёл отклика. Водный баланс не в пользу переброски, опустошительный. Да и есть другой способ транспортировки воды — по трубам. Сравните выемку под водопровод в случае с большим диаметром труб глубиной до 5 м и выемку канала, где будет вязнуть техника в условиях болот. В США видимо ещё существует водопровод, соединяющий запад с востоком и перегоняющий большие массы воды в целях водоснабжения.
Идея переброски за счёт меньшего количества воды по трубопроводу и только в целях хозяйственно-питьевого водоснабжения была бы более привлекательной. Питьевая вода нужна всем. Население Казахстана — 17,33 млн., Туркмении — 5,35 млн., Узбекистана — 30,61 млн. человек. Всего — 53,25 млн. человек. Нужно иметь в виду: в условиях аридного климата наряду с пресными водами формируются и солоноватые, и солёные подземные воды, и не везде есть пресная. В грубом приближении, учитывая, что в республиках есть и свои запасы пресных подземных вод, думаю, можно говорить примерно о 2 км3/год (63,4 м3/с). Одновременно можно решать задачи питьевого водоснабжения российских городов, расположенных на некотором удалении от магистрального водовода.
Встаёт вопрос о качестве обской воды. То, что речная вода содержит массу микроорганизмов, особенно в тёплое летнее время года, известно всем. Кроме того, отмечается гидрохимическое загрязнение речной воды, связанное с наличием крупных городов, расположенных на р. Обь и её притоках. К ним относятся Ханты-Мансийск, Новосибирск, Томск, Кемерово, Новокузнецк, Ленинск-Кузнецкий, Нижневартовск, Сургут, Тобольск, Тюмень, Курган, Костанай, Рудный, Житикара, Павлодар, Семей (Семипалатинск), Усть-Каменногорск и большой ряд более мелких населённых пунктов.
Города имеют накопители коммунальных стоков, отстойники, накопители промстоков, иловые площадки. Часть перечисленных городов связана с производством цветных и чёрных металлов, химией и нефтехимией. Не исключены аварийные сбросы стоков, с которыми загрязнения попадают в реки. Другой путь — с разгружающимся в реку подземным потоком.
Создавать гигантские очистные сооружения для доводки качества воды до соответствия санитарным нормам в месте её отбора, наверное, не совсем реально. Более правильным будет это сделать в местах получения воды.
Кроме переброски стока сибирских рек в СССР были планы использования стока рек европейской части (Печора, Вычегда). Так как это было, то, видимо, проблема всё-таки осталась. Европейская часть территории России наиболее населённая, развита промышленность и сельское хозяйство, а следовательно, подземные и поверхностные воды более подверглись загрязнению.
Если вновь начнутся проработки по дополнительным источникам водоснабжения европейской части РФ, думаю, правильным было бы учесть интересы Донецкого региона как в хозяйственно-питьевом, так и в производственно-техническом водоснабжении. Вариантом было бы увеличение стока р. Северский Донец с созданием водохранилища, если нет для этого каких-то препятствующих причин.
У водохранилищ есть недостатки в испарении с водной поверхности, сопоставимые с цифрой потребления воды для крупного города, цветение воды летом и фильтрационные потери, которые могут быть существенными за счёт снижения уровня подземных вод в регионе при шахтном водоотливе до тех пор, пока не сформируется иловый экран из донных осадков.
Выводов делать не буду, это только вариант предложения прежних идей, но не в тех огромных объёмах и только при использовании трубопроводов.
Александр Елисеев,