Она пояснила, что, с одной стороны, это значит «наращивать свою мускулатуру» в тех сферах, где ЕС длительное время мог опираться на других, например, в политике безопасности.
«С другой стороны, направлять имеющиеся силы более целенаправленно туда, где речь идёт о наших интересах», — добавила она.